19:30 

***

Название: Танго длиной в отпуск
Автор: я, а были варианты?..
Пейринг/персонажи: Рокэ Алвасете (глаза самые синие, волосы самые черные), Ротгер Вальдес (улыбка самая ослепительная) и сочувствующие им лица
Рейтинг: R
Жанр: стебный романс или "кто кого?"
Дисклеймер: все не мое, все не мои, от всех обвинений отказываюсь! Даты у госпожи Создательницы глючили и без моего участия, посему от них отрекаюсь тоже.

Глава третья. О пользе ранних подъемов.

14 день летних Волн, 383 год круга Скал, Марикьяра
На квартире у Альмейды, состоящей из трех комнат и одной лоджии и занимающей второй этаж маленького домика на краю почти декоративной бухты, заросшей олеандрами и гортензиями, Росио появился как раз, когда вице-адмирал закончил умываться и собрался на утренний променад до адмиралтейства.
- Судя по моему прекрасному утреннему видению, было бы глупо надеяться застать моих любимых капитанов на посту?
- Рамон, ты зануда! – юный маркиз оценил стратегическое расположение горизонтальных поверхностей в поле зрения и безошибочно выбрал хозяйскую кровать.
- Росио, если ты вознамеришься упасть туда в сапогах, я не посмотрю, что ты сын соберано и, применив грубую силу, скину. И остаток отпуска ты будешь спать на коврике у меня под дверью, - произнесенный в воспитательных целях монолог оказался прекрасной колыбельной, Рокэ каким-то немыслим образом аккуратно пристроил ноги в сапогах на спинку кровати и в мгновение ока уснул, успев пробормотать:
- Не пойду на коврик, мне лоджия твоя всегда нравилась.
Рамон покачал головой, решил, что заботливо укрывать соберанито в полном военном облачении и при всех регалиях пледом в марикьярскую жару никакой необходимости нет, попросил хозяйку домика, пожилую вдову, чей муж когда-то давно отдал душу морскому дьяволу, а сыновья служили в Хексберге, приготовить гостю завтрак, когда тот проснется, и отправился по своим вице-адмиральским делам.
Альмейда выбрал кружную дорогу, зная, что, зайдя в адмиралтейство, быстро покончить с делами у него не получится. Тем более учитывая отсутствие двух обалдуев, по недоразумению называющихся капитанами. Водить корабли и даже строить команду оба умели прекрасно, но, видимо, от широты душевной все время пытались забыть, что морем их обязанности не ограничиваются… Но пока обязанности не добрались и до самого вице-адмирала, а раннее утро было богато ветром, запахом бергамота и странной, слышимой только в это время музыкой города. Рамону тонкое и лирическое мировосприятие было несвойственно и непривычно: время и места для высокой куртуазии на корабле почти не оставалось, зато он умел видеть, слышать и слагать в картину то, что было на самом деле, без прикрас и художественных преувеличений. Город летом просыпался рано: либо ты успеваешь закончить со всеми делами до полудня, когда солнце начинает печь совершенно невыносимо, либо откладываешь их до сумерек, а откладывать что-то на юге не любили, потому что вечером нужно пить вино, петь песни под гитару и любить женщин, а не гоняться за убежавшим вперед стремительным летним временем. На веером сбегающих к морю улочках разворачивали торговые лотки, из доков доносилась нестройная брань на прекрасной смеси кэналлийского, марикьярского и бергерского, любимых языков военно-морского флота, пахло свежим деревом, канифолью и смолой.
В адмиралтействе царили тишина и покой, на натертом до блеска полу танцевали две одинокие пылинки и белый лепесток, в окна котенком щурилось еще пока робкое солнце. По галерее второго этажа сновали туда-сюда теньенты, по случаю жары в неуставно расстегнутых мундирах.
- Рамон… тьфу ты, кошки! Господин вице-адмирал! – по перилам почти скатился одного с Альмейдой возраста клерк, знакомый детства. В пиратов они когда-то играли вместе, а потом одному стали интереснее настоящие корабли, а другому их рисунки на бумаге. Через несколько лет Хорхе обещал заявить о себе каким-нибудь из безумных, но на удивление кажущихся эффективными проектов, которые он пока скромно складывал в стол и лишь иногда показывал другу, а сейчас он перебирал бумажки в адмиралтействе, рисовал ночами умопомрачительные чертежи и был вполне доволен жизнью, встречая друзей детства из очередных рейдов. – Тебя срочно, как только появишься, хотел видеть комендант. Что у вас такое случилось?
- Раньше, чем побываю у коменданта, не скажу.
- Это военная тайна? – Хорхе, как и многие гражданские, был падок на это громкое и эффектное словосочетание.
- Нет, - Рамон усмехнулся, - я просто пока не знаю. У себя?
- Да, тебя ждет.
Альмейда взбежал по изогнутой полукругом лестнице на второй этаж, не забыв щелкнуть по носу статую мальчика на спине дельфина – когда-то они предполагали, что это символ попираемого ногами Бордона, потом выяснилось, что скульптор какое-то время был фаворитом королевы Алисы, и странные статуи по его эскизам, выпускаемые как-то очень масштабно и массово, заполонили все здания государственных учреждений. В кабинет коменданта порта он вошел без стука.
- Андреас.
- Рамон! Куда вы смотрите? Что у вас творится? Твои капитаны с вечера до утра пьют, а у нас грабят торговые суда и разносят рыбацкие шхуны! – невысокий, плотного телосложения полковник с оливковыми глазами и подвижным ртом отличался ярким, экспрессивным и вспыльчивым характером. – Как прикажешь это понимать? Почему до сих пор не принято никаких мер?
- А если фактологически?
- Все документы давно у тебя на столе! Я не знаю, где тебя столько времени носит!
- Восемь утра.
- У тебя восемь утра! У тебя должно быть не восемь утра! У тебя в голове должно быть другое! Императрикс!

- Рамон, ты бессердечный, жестокий человек! У тебя нет ни капли сострадания к ближним, а чин вице-адмирала только добавил тебе юридических прав измываться над бедными подчиненными на потребу твоей черной душе! – Вальдес, высунувшийся из вороха простыней и подушек, напоминающего гнездо, и сонно трущий глаза в попытке хоть как-то осознать в окружающем мире что-то кроме грозного начальства, выглядел почти жалобно. – Мне больно видеть - то есть не видеть, потому что я сейчас ничего не вижу, но всей душой ощущаю! - как низко пал наш друг… Да встаю я, встаю! Не надо меня поливать водой из этого кувшина, я ее пить сейчас буду, дай сюда.
Кувшин в несколько секунд опустел, а Ротгер встряхнул черными кудрями, последний раз поморщился и обреченно посмотрел на Альмейду.
- Если бы я только знал, что годы спустя, все так необратимо изменится! Пошел бы в священники на радость дядюшке. А вот тетушка бы расстроилась. Она считает, что мне очень идет капитанский мундир. Кстати, где он?
Рамон молча передал сонному и взъерошенному капитану мундир, но, посмотрев, как тот пытается в него влезть, мрачно изрек:
- Я бы на твоем месте все-таки начал с рубашки, Вальдес.
- Я всегда говорил, что ты гений и далеко пойдешь! – Ротгер снова зарылся в свое гнездо, появился оттуда с видом триумфатора, сжимая в руке рубашку, пригляделся и явно расстроился. – Не моя. К тому же женская. Филипп – мерзавец, я его убью. Но проблема не в этом.
Альмейда все так же терпеливо и невозмутимо дошел до шкафа, отыскал там рубашку и кинул ее Вальдесу.
- Еще пять минут – и я решу на тебе жениться!
Оказалось, одним кувшином запасы воды в квартире Вальдеса не исчерпывались. Мокрый капитан оделся гораздо быстрее, хотя немногим тише.
- …и когда я вернусь поздно ночью и лягу спать, я ведь не вспомню, что некто вице-адмирал Альмейда с утра облил мою постель ледяной водой! Я усну на мокрых простынях, простужусь и утром не смогу выйти на службу, потому что буду лежать здесь совсем один, больной и умирающий. Девять утра – это ужасное время для подъема, я тебе говорил, да?
Рамон выпихнул Вальдеса за дверь, где их ждал чуть менее сонный, гораздо менее мокрый, но, в общем-то, настолько же довольный миром и жизнью Аларкон.
- Доброе утро, Ротгер, - мрачно приветствовал он товарища по несчастью.
Вальдес увидел Филиппа, явно что-то вспомнил, кошкой проскользнул под рукой Альмейды и мгновенно вернулся, потрясая батистовым предметом гардероба.
- Если ты называешь добрым утро, когда я нахожу в своей постели, где, заметь, кроме тебя редко кто-то бывает, это…
- Что значит «редко»?! – тема явно была животрепещущей и оба капитана резко проснулись и взбодрились.
- А ну хватит! – наконец надоело Рамону утреннее представление. – Мало того, что я вынужден сам вас будить, потому что порученцы уже просто отказываются, ссылаясь на абсолютную тщетность и бессмысленность всех попыток, так вы еще и проснувшись пытаетесь не приносить никакой пользы кроме вреда! Разжалую до юнг обоих! Вальдес, выкинь свою тряпку и за мной маршевым шагом! Алларкон, к тебе тоже относится! В следующий раз будить буду предупредительным выстрелом в окно…
- Возможны варианты: кирпич в ухо… Рамон, я молчу, тебе послышалось! Не надо предупредительных выстрелов!
Всю дорогу до адмиралтейства капитаны напоминали, кто искренне, а кто старательно, нашкодивших котят, попавшихся хозяину. Альмейда в гневе – зрелище редкое, но под молнии, которые столь щедро порой умел метать вице-адмирал, попадать все же не стоило, зашибало не насмерть, но ощутимо.
В кабинете Рамона Вальдес устроился на подоконнике, Филипп, как приличный капитан, остался стоять, еще шестеро командоров, находившихся в прямом подчинении Альмейде, появились через несколько минут, в дверь серой мышкой просочился Хорхе, которому было совершенно не положено присутствовать на этом совещании, но терзающее человеческую душу любопытство иногда подталкивает на нарушение правил.
Дальнейшие двадцать минут были посвящены бурному обсуждению новости: Императрикс. Легендарный капер, который считалось невозможным догнать, поймать, взять на абордаж, победить в бою, захватить – хорошо, что хоть возможность просто увидеть морские легенды допускали. Императрикс, подошедшая к берегам Марикьяры и нападающая на торговые и рыбацкие суда, - это почти нонсенс. Овеянный слухами и сказками корабль чаще видели на севере, говорили, что когда-то он принадлежал флоту кессарии, но не то капитан корабля решил изменить присяге и родному государству, не то команда выкинула его за борт, отказавшись вступать в заведомо безнадежное сражении с флотом Талига (последнюю версию, конечно же, больше любили в Талиге), но, так или иначе, когда-то гордая и прекрасная Императрикс стала пиратским кораблем и начала наводить ужас на моря от Седого до Померанцевого. Седому доставалось больше: очевидно, в силу каких-то национальных комплексов команды. Но и юг прекрасно знал серый флаг с желтым кругом – символом зимнего северного неба.
Первые впечатления и восторги смолкли, Рамон аккуратно выдворил Хорхе за дверь и постучал кончиком пальца по столешнице, привлекая внимание.
- Я рад, что вы так живо и близко к сердцу восприняли это известие. А теперь о насущном и практическом. Всем командорам: отрядить по два корабля для сопровождения и охраны торговых судов до Кэналлоа, Фельпа и Ургота, для более дальних расстояний – контракт на услуги с соответствующей платой заключается отдельно, через меня. Это ясно?
- Так точно! – более или менее стройным хором откликнулись осознавшие приказ командоры.
- Тогда донесите до команд, назначьте корабли-сопровождающие, их чередование. Свободны. А вы двое, - преувеличенно добрым тоном продолжил Рамон, когда большая часть собравшихся кабинет покинули, - будете отвечать за безопасность порта. Чтобы к вечеру на кораблях был идеальный порядок, установлены караулы, удален лишний алкоголь и надраены палубы. Завтра утром вас ожидает комендант с инспекцией. Вопросы есть?
- Вопрос «за что?!» предлагаю считать риторическим и философским, но от того не менее актуальным.
- Вопрос, Вальдес, не по сути дела. Поэтому отбывай выполнять приказ. И если раньше восьми вечера я кого-то из вас случайно застану в городе или тем паче в кабаке…
- Вы придете на наши похороны, господин вице-адмирал?
- Только к Филиппу. Он, в отличие от тебя, не задает глупых вопросов.
- Это тебе, Рамон, сейчас кажется, что они глупые, а я озабочен собственными перспективами!
- Еще два слова – и твоей перспективой станет, Ротгер, новый виток роста от юнги до капитана. Я не устаю тебе это обещать.
- Именно поэтому мне не очень страшно! Но я все равно пойду выполнять приказ. И Филиппа возьму с собой. И все это только ради тебя! Филипп, не спи! Нас ждут великие дела!
- Я, Ротгер, не сплю, мне интересно, когда у тебя иссякнет запас слов и ты замолчишь. Это событие, которого можно ждать годами, и мне пока не надоело.
- И ты тоже против меня! Я поражен в самое сердце. И за сим ухожу на свой корабль строить команду и уговаривать девочек не подпускать к нашим берегам злой и страшный вражеский корабль, овеянный жуткими преданиями старины, пока еще не очень глубокой.
И Вальдес, напевая, покинул кабинет Альмейды, помахав на прощание шляпой.
- Рамон, - Алларкон улыбнулся чуть виновато и смущенно, - ты же его знаешь.
- Я вас обоих давно знаю, - устало вздохнул Альмейда. – Моя не проходящая головная боль. И сердится на вас я почти устал. Но иногда у меня все еще получается.
- Мы тобой гордимся!
- Еще бы вы не.

@темы: Не любо не слушай, а врать не мешай.

Комментарии
2009-11-10 в 19:53 

Джедайт
Пики цели не теряют. (с)
Получилось очень живо, ярко, красочно)
Читалось на одном дыхании и залпом.
Очень хочется почитать, что же было дальше.

Браво :hlop:

2009-11-10 в 20:29 

Джедайт, там еще начало есть))
продолжение будет, обещаю.
спасибо))

2009-11-10 в 20:38 

Джедайт
Пики цели не теряют. (с)
.Mariel.
Я читал, но не комментировал)
Каюсь, грешен)))

продолжение будет, обещаю.
Ловлю на слове)) И сразу задам очень волнующий вопрос: когда?

И того, этого, а почему пишете (пишешь? - убей Бог, не помню) так мало и редко?
Получается удивительно хорошо. Хочется читать больше. Характеры, описания, ситуация, непринужденность и легкость... пальчики оближешь и попросишь добавки. Собственно, чего и прошу)

2009-11-10 в 21:18 

Джедайт, ну, я так, на всякий случай)))

хороший вопрос)) постараюсь на этой неделе)

обращаться можно как больше нравится и как удобнее, это непринципиальный момент))
а я ленивый страшно. ну и плюс в Екатеринбурге сложнее до компьютера доползти. но если меня дергать и напоминать - я пишу больше))

2009-11-10 в 21:24 

Джедайт
Пики цели не теряют. (с)
.Mariel.
Тогда волевым усилием и общим пофигизмом руководствуясь, принимаю мужественное решение - переползти в аську для:
- получения отзывов (может быть, ещё что-нибудь дашь почитать?)
- получение пинков напоминаний и подергиваний в сторону написательства))
Если одностороннее решение не вызывает резко негативной реакции, то приходи)
Дислоцируюсь по номеру 227251238))

2009-11-11 в 00:12 

Перечитал все целиком, получил дополнительную дозу позитива, умиления и восторга. Вчерашней мне было мало, да)))
Я люблю Вальдеса. Хотя это я уже говорил.
Я люблю весь Хегсберг скопом. Хотя и это я уже говорил.
Я люблю, как ты пишешь вообще и пишешь про них в частности: легко, светло, остро и задорно. Но и это я говорил.
Синими помпонами махал.
Скажите мне, друг мой, что ещё мне сделать, чтобы вы писали дальше?))))

2009-11-26 в 11:06 

Если что-то существует, про это уже есть порно.
наткнулась совершенно случайно, зацепилась взглядом за название... и впала в эстетическое любование))
читается легко и приятно, стиль замечательный, задумка лично для меня безумно притягательна)))
оно изумительно... примите мои комплименты)))

   

Срезал дорогой высокий стебель, cмотрел себе под ноги и видел небо...(с)

главная